Часть особенная. М., 1973, стр. 410). Рассматриваемый вопрос пра- - Б. С. Волков Вмонографии раскрываются понятие...

Часть особенная. М., 1973, стр. 410). Рассматриваемый вопрос пра-
вильно решается В. Ф. Кириченко («Уголовное право». Часть особен-
ная. М., 1968, стр. 401).

104

действий. Отграничение таких составных преступлений
от совокупности преступлений представляет особую
сложность.

Примером такого рода составного преступления яв-
ляется самовольное строительство, сопряженное с само-
вольным захватом земли (ч. 2 ст. 199 УК РСФСР). По-
скольку самовольное строительство, как правило, свя-
зано также с незаконным захватом земли, то оба эти
действия по своей социально-политической сущности наи-
более правильно расценивать как одно составное пре-
ступление. Правильной представляется позиция Пле-
нума Верховного Суда РСФСР, который постановле-
нием от 5 августа 1963 г. «О судебной практике по делам
о самовольном захвате и самовольном строительстве
индивидуальных жилых домов» разъяснил, что «в тех
случаях, когда самовольному строительству предше-
ствует самовольный захват земельного участка, действия
виновных образуют единое преступление, предусмотрен-
ное ч. 2 ст. 199 У К РСФСР. Квалифицировать указан-
ные действии по совокупности и ч. 1 и ч. 2 ст. 199 УК
РСФСР не требуется» '.

К составным преступлениям этой разновидности от-
носится хищение огнестрельного оружия, боевых припа-
сов или взрывчатых веществ (ст. 218 ' УК РСФСР).
Хотя в ст. 218 ' УК РСФСР установлена уголовная от-
ветственность за хищение огнестрельного оружия (кроме
гладкоствольного охотничьего), 'боевых припасов или
взрывчатых веществ, однако похищение указанных пред-
метов «эизбежно сопряжено с их ношением и хранением,
что в соответствии с ч. 1 ст. 218 У К РСФСР само по се-
бе расценивается в качестве самостоятельного преступ-
ления. Поэтому хранение похищенного огнестрельного
оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ не
образует самостоятельного преступления, а является
имманентным последствием хищения и должно рассмат-
риваться ка.к одно составное преступление, предусмот-
ренное ст. 218 ' УК РСФСР. Именно с учетом того, что
похищение оружия и других предметов сопряжено с по-
следующим их хранением и ношением, законодатель

1 См.: «Сборник постановлений Пленума, Президиума и опреде-
лений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда
РСФСР. 1961—1963 гг.». М., 1964, стр. 59.

105


и «д» ст. 102 УК РСФСР), действия, дезорганизующие
работу исправительно-трудовых учреждений, и др.

Так, умышленное убийство из хулиганских побужде-
ний квалифицируется как единое составное преступле-
ние по п. «б» ст. 102 УК, хотя при этом имеются и при-
знаки злостного хулиганства'. Как единое составное
преступление квалифицируется умышленное убийство
способом, опасным для жизни многих люден (п. «д» ст.
102 УК РСФСР), если при этом -причинены тяжкие, ме-
нее тяжкие и легкие телесные повреждения иным людям.
Такая квалификация вытекает из указания закона на
способ убийства, опасный для жизни многих, который
не только таит возможность причинения телесных по-
вреждений либо смерти другим людям, но и предпола-
гает их реальное причинение.

Попав осужден по совокупности ч. 1 ст. 108 и п. «д»
ст. 102 УК РСФСР за то, что он на почве неприязненных
взаимоотношений совершил умышленное убийство своей
сестры Поповой, выстрелив в нее из ружья в окно дома.
Этим же выстрелом он причинил тяжкое телесное по-
вреждение Малышеву. Судебная коллегия Верховного
Суда РСФСР приговор областного суда оставила без
изменения. Президиум Верховного Суда основательно
не согласился с коллегией и указал, что «причинение
телесных повреждений другим лицам при убийстве спо-
собом, опасным для жизни многих людей, представляет
собой один из возможных элементов объективной сто-
роны преступления, предусмотренного п. «д» ст. 102 У К,
охватывается диспозицией этой статьи, и поэтому допол-
нительной квалификации за нанесение телесных повреж-
дений не требуется» 2.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда СССР в по-
становлении от 3 декабря 1962 г. «О судебной практике
по делам об уголовной ответственности за действия, дез-
организующие работу исправительно-трудовых учрежде-
ний, «нападение на администрацию или терроризирова-
ние заключенных, вставших на путь исправления, если
они сопровождались угрозами, нанесением телесных по-

1 См • «Бюллетень Верховного Суда СССР», 1972, № 6, стр.
24-25.

2 «Бюллетень Верховного Суда РСФСР», 1973, № 11, стр. 9—110.
См также «Бюллетень Верховного Суда РСФСР», 1967, № 5, стр. 6.

107

вреждений и другими подобными деяниями, охватыва-
ются составом, предусмотренным ст. 77 ' УК РСФСР и
соответствующими статьями УК других союзных респуб-
лик, и дополнительной квалификации по иным статьям
УК не требуют» '.

Отнесение действий, дезорганизующих работу испра-
вительно-трудовых учреждений, к числу иных государ-
ственных преступлений, помещение их рядом с банди-
тизмом, а равно установление за это преступление на-
казания в виде лишения свободы на срок от восьми до
пятнадцати лет или смертной казни свидетельствует о
том, что законодатель имел в виду охватить этим пре-
ступлением самые тяжкие последствия терроризирования
или нападений, в том числе и лишение жизни потерпев-
ших. Поэтому основательной является точка зрения
В. Д. Меньшагина, который считает, что убийство заклю-
ченного, вставшего на путь исправления, либо представи-
теля администрации охватывается ст. 77 ' УК РСФСР и
не требует дополнительной квалификации по ст. 102 УК
РСФСР2.

Однако эта точка зрения не разделяется судебной
практикой.

Приговором Астраханского областного суда Бурха-
нов осужден по ч. 1 ст. 108, ст. 15 и п. п «в» и «и» ст. 102
и ст. 77 ' УК РСФСР к длительному сроку лишения сво-
боды. Он признан виновным в умышленном нанесении
тяжкого телесного повреждения С. и в покушении на
убийство с целью терроризирования вставшего на путь
исправления заключенного Б. Судебная коллегия по
уголовным делам Верховного Суда РСФСР приговор об-
ластного суда в части осуждения Бурханова по ст. 15 и
п. п. «в» и «и» ст. 102 УК РСФСР отменила и дело про-
изводством прекратила.

Президиум Верховного Суда РСФСР не согласился с
коллегией и указал, что «в тех случаях, когда действия,
дезорганизующие работу исправительно-трудового уч-
реждения, сопряжены с умышленным убийством или по-
кушением на него, последние не охватываются составом

1 «Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР.
1024—1970», стр. 401.

2 См.: «Советское уголовное право». Общая часть. Изд-во МГУ,
1971, стр. 66; «Курс советского уголовного права», т. IV. М., 1970,
стр. 176.

108

преступления, предусмотренного ст. 771 УК РСФСР, и
должны по общим принципам уголовного законодатель-
ства получить соответствующую дополнительную юриди-
ческую квалификацию» '. В обоснование своего решения
Президиум сослался на приводившийся выше п. 7 поста-
новления Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря
1962 г. «О судебной практике по делам об уголовной от-
ветственности за действия, дезорганизующие работу
исправительно-трудовых учреждений», из которого, од-
нако, не вытекает, что терроризирование, повлекшее,
смерть заключенного, должно квалифицироваться по со-
вокупности статей.

Позиция Президиума Верховного Суда РСФСР по
этому вопросу нам представляется ошибочной. Она про-
тиворечит логике помещения уголовноправовой нормы о
действиях, дезорганизующих работу исправительно-тру-
довых учреждений, в главе иных государственных пре-
ступлений следом за нормой о бандитизме, не учитывает
размера санкции этой нормы. Трудно было бы санкцию
ст. 77 ' УК РСФСР в виде лишения свободы от восьми до
пятнадцати лет или смертной казни признать справедли-
вой, если бы в соответствии с нею карались только дей-
ствия, выражающиеся в глумлении и истязаниях заклю-
ченных, нанесении им и представителям администрации
тяжких и иных телесных повреждений. Чтобы показать
несостоятельность такого предположения, уместно со-
слаться на то, что даже террористический акт, выра-
зившийся в нанесении тяжкого телесного повреждения
государственному или общественному деятелю или пред-
ставителю власти в связи с его государственной или об-
щественной деятельностью (ст. 66 ч. 2 УК РСФСР) или
представителю иностранного государства в целях прово-
кации войны или международных осложнений (ст. 67
ч. 2 УК РСФСР), отнесенный законом к особо опасным
государственным преступлениям, наказывается менее
строго (лишением свободы на срок от восьми до пятна-
дцати лет с конфискацией имущества и со ссылкой на срок

1 «Бюллетень Верховного Суда РСФСР», 1971, № 10, стр. 10—11.

2 На нечеткость п. 7 постановления Пленума от 3 декабря
1962 г. правильно указывает Е. А. Фролов в работе «Стабильность
закона и соотношение формально-определенных и оценочных поня-
тий в уголовном праве». — Сб. «Проблемы советского уголовного
права и криминологии». Вып. 28. Свердловск, 1973, стр. 37—38.

109

от двух до пяти лет или без ссылки), чем действия, дезор-
ганизующие работу ИТУ, сопряженные с причинением
тяжких и иных телесных повреждений заключенным и
представителям администрации.

^ Преступления, о основе которых лежат альтернативные

действия

Разновидностью сложных являются преступления, в
основе которых лежат альтернативные действия. К та-
кого рода сложным преступлениям относятся изготовле-
ние или сбыт наркотических и других сильнодействую-
щих и ядовитых веществ. В соответствии с диспозицией
ч. 1 ст. 224 УК РСФСР уголовно-наказуемым признает-
ся «изготовление, сбыт, а равно хранение с целью сбыта
или приобретение с той же целью наркотических ве-
ществ без специального на то разрешения».

Особенностью преступлений, в основе которых лежат
альтернативные действия, является то, что учинение каж-
дого из названных в законе действий уже само по себе
является достаточным для признания преступления со-
вершенным. В то же время лицо не совершает нового
преступления, если оно последовательно осуществляет
все перечисленные в законе действия, например, вначале
изготовляет наркотические вещества, затем их некоторое
время хранит, а потом сбывает.

В уголовноправовой литературе такого рода преступ-
ления относят к альтернативным составам '. Под альтер-
нативными составами понимают не только те случаи,
когда в основе преступления лежат альтернативные дей-
ствия, но и случаи, когда законом предусмотрены аль-
тернативные последствия либо другие альтернативные
признаки, относящиеся к способу, месту, времени и т. п.

Ряд авторов не признает альтернативных составов.
По их мнению, когда в законе описывается ряд действий
или других признаков, установление хотя бы одного из
которых достаточно для признания в действиях лица со-
става преступления, имеет место не альтернативный со-
став, а альтернативная диспозиция уголовноправовой

1 См : А Н. Трайнин. Общее учение о составе преступления.
М , 1957, стр. 109 —110; «Советское уголовное право». Часть общая.
М., 1972, стр. 101—'102; «Уголовное право БССР». Часть общая.
Минск, 1973, стр. 53.

110

нормы, содержащая несколько различных составов пре-
ступлений '.

Однако концепция множественности составов в слу-
чаях нормы с альтернативными признаками представля-
ется неприемлемой. Она ведет к искусственному призна-
нию множественности преступлений там, где имеет место
одно преступное деяние, в основе которого лежат альтер-
нативные действия.

Так, преступное действие измены Родине (ст. 64 УК
РСФСР) может состоять в переходе на сторону врага,
шпионаже, выдаче государственной или военной тайны
иностранному государству, бегстве за границу или от-
казе возвратиться из-за границы и СССР, в оказании
иностранному государству помощи в проведении враж-
дебной деятельности против СССР, а равно в заговоре
с целью захвата власти. Но это не означает, что ст. 64
УК РСФСР предусматривает семь составов преступле-
ний. В этой статье речь идет об одном преступлении, в
основе которого лежат альтернативные действия.

Поэтому нельзя рассматривать как совокупность пре-
ступлений такие случаи, когда, например, виновный со-
вершал шпионаж на территории БССР, оказывал ино-
странному государству помощь в проведении враждеб-
ной деятельности против СССР на Украине, а попытку
к бегству за границу предпринял в Литве. Поскольку все
эти действия объединены единством намерения, преду-
смотрены как альтернативные признаки одного и того же
преступления, то содеянное должно рассматриваться
как одно преступление (измена Родине) и квалифициро-
ваться по месту пресечения последнего преступного дей-
ствия.

Нечеткое понимание социально-правовой природы
преступлений, в основе которых лежат альтернативные
действия, ведет к ошибкам в судебно-следственной прак-
тике.

Аванесян в числе других осужден по ч. 1 ст. 216 УК
Узбекской ССР, ч. 1 ст. 224 и ч. 2 ст. 154 УК РСФСР за
то, что он приобретал в целях сбыта в Узбекистане нар-

1 См. : «Курс советского уголовного права». Часть общая, т. 1.
Изд-во ЛГУ, 1968, стр. 269; «Уголовное право». Часть общая. М.,
1969, стр. 97; Я. М. Б р а й н и н. Уголовный закон и его применение.
М., 1967, стр. 57; В. Н. Кудрявцев. Общая теория квалификации
преступлений, стр. 97

111

котические вещества и сбывал их в РСФСР. Судебная
коллегия Верховного Суда РСФСР квалификацию дейст-
вий осужденного нашла правильной, мотивировав се тем,
что в действиях осужденного, совершенных на террито-
рии каждой союзной республика, имеет место закончен-
ный состав преступления1

Квалификация содеянного представляется сомнитель-
ной. Действия Аванесяна начаты на территории Узбеки-
стана и доведены до конца в РСФСР, они объединены
единством замысла и носят характер продолжаемого
преступления. Действия осужденного на территории Уз-
бекистана по существу представляют необходимое звено
в реализации преступного намерения и поглощаются по-
следующими его действиями, совершенными на террито-
рии РСФСР. Поэтому осуждение Аванесяна по ч. 1
ст. 216 УК Узбекской ССР (за приобретение наркотиче-
ских веществ) представляется небесспорным.

1 Изучение уголовноправовых норм о преступлениях, в
основе которых лежат альтернативные действия, пока-
зывает, что эти преступления образуют только такие
действия, которые связаны единством намерения или
иным единым субъективным отношением виновного к ох-
раняемому объекту, причиняют ущерб одному (одним и
тем же) объекту, нередко носят продолжаемый харак-
тер.

Например, обмеривание, обвешивание, обсчет, превы-
шение розничных цен и тарифов на бытовые и комму-
нальные услуги, оказываемые населению, или иной об-
ман покупателей и заказчиков (ст. 156 УК РСФСР) вы-
ражают одну и ту же сущность посягательства, причи-
няют ущерб одним и тем же объектам, носят, как прави-
ло, продолжаемый характер. Поэтому в случае соверше-
ния виновным нескольких из названных действий имеет
место одно преступление, а не их множество.

По нашему мнению, нет оснований рассматривать как
различные преступления (составы) производство лесо-
сплава или взрывных работ с нарушением правил охра-
ны рыбных запасов (ст. 165 УК РСФСР), нарушение
правил разработки недр и сдачи государству золота
(ст. 167 УК РСФСР), похищение или повреждение доку-

1 4См.: Архив Верховного Суда РСФСР, определение от 27ав-
густа 1969 г . по делу Аванесяна и др. № 5-09-111.

112

ментов, штампов, печати, бланков (ст. 195 УК РСФСР),
злоупотребление властью, превышение власти и халат-
ное отношение к службе (ст. 260 п. «а» УК РСФСР) и др.

Из понимания как единых исходит также и уголовная
статистика при учете преступлений, в основе которых ле-
жат альтернативные действия.

Так, Володских осужден по ч. 1 ст. 158 УК РСФСР за
то, что он изготовил без цели сбыта самогонный аппарат,
а затем с помощью этого аппарата изготовил самогон '.
Хотя каждое из названных действий осужденного, если
бы они были совершены изолированно, может рассматри-
ваться как самостоятельное преступление, но в данном
случае в совокупности они образуют одно преступление,
предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РСФСР.

^ Преступления с двумя действиями

К сложным относятся преступления, объективная сто-
рона которых слагается как бы из двух различных пре-
ступных действий, совершаемых разновременно. К та-
ким преступлениям следует отнести спекуляцию, которая
состоит из двух самостоятельных действий: скупки пред-
метов спекуляции и их перепродажи в целях наживы.
Только в единстве скупка и перепродажа товаров или
иных предметов в целях наживы составляет спекуляцию.
Между скупкой и перепродажей товаров, совершаемых
в целях наживы, может иметь место значительный раз-
рыв во времени, однако это обстоятельство не может на-
рушить единства преступного деяния. Именно этим обу-
славливается квалификация содеянного по одной статье
уголовного закона, а акты скупки и перепродажи не по-
лучают самостоятельной квалификации. Скупка товаров
для перепродажи в целях наживы, если виновному не
удалось их перепродать, квалифицируется как приготов-
ление к спекуляции.

В судебно-следственной практике имеют место ошиб-
ки при квалификации преступлений, слагающихся из
двух действий, в тех случаях, когда эти действия соверша-
лись на территории двух или более союзных республик.

Зобнова и Шпаков признаны виновными в том, что
на территории Украинской ССР скупили в целях пере-

1 См. : «Бюллетень Верховною Суда РСФСР», 1973, № 11, стр. 9.

П-296-8 113

продажи в Туркменской ССР промышленные товары и
привезли их в т. Ашхабад, где были задержаны и не
смогли осуществить свое намерение. Действия осужден-
ных были квалифицированы но совокупности ст. 17 и
ст. 154 ч. 2 УК Украинской ССР и ст. 15 и 171 ч. 2 УК
Туркменской ССР.

Президиум Верховного Суда Туркменской ССР оста-
вил без удовлетворения протест заместителя Прокурора
республики, предлагавшего исключить из приговора об-
винение Зобновой и Шпакова по ст. ст. 15, ч. 2 ст. 171
УК Туркменской ССР. Аналогичный протест Прокурора
республики был оставлен без удовлетворения Пленумом
Верховного Суда Туркменской ССР.

Генеральный прокурор СССР внес протест в Пленум
Верховного Суда СССР, в котором поставил вопрос об
исключении из приговора обвинения осужденных по ст. 17
и ч. 2 ст. 154 УК Украинской ССР.

Пленум нашел, что виновность Зобновой и Шпакова
в покушении на спекуляцию, выразившуюся в скупке на
территории Украинской ССР промышленных товаров
для последующей перепродажи их в Туркменской ССР с
целью наживы, доказана и действия их правильно ква-
лифицированы по ст. 15 и ч. 2 ст. 171 УК Туркмен-
ской ССР.

Вместе с тем Пленум признал неправильной одновре-
менную квалификацию тех же действий осужденных
еще и по ст. 17 и ч. 2 ст. 154 УК Украинской ССР, тоже
предусматривающим ответственность за покушение на
спекуляцию. Поскольку действия виновных были начаты
в одном месте и продолжены на стадии покушения в дру-
гом месте, то они должны квалифицироваться по закону
союзной республики, на территории которой они были
пресечены '.

^ Длящиеся преступления

К сложным следует отнести так называемые длящиеся
преступления, своеобразие которых состоит в том, что они
совершаются непрерывно в течение определенного пери-
ода времени. В соответствии с разъяснением Пленума

'См.: «Бюллетень Верховного Суда СССР», 1973, № 1,
стр. 16—17.

114

Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г. (в редакции
Пленума от 14 марта 1953 т.) «Об условиях применения
давности и амнистии к длящимся и продолжаемым пре-
ступлениями под длящимся преступлением понимается
«действие или бездействие, сопряженное с последующим
длительным невыполнением обязанностей, возложенных
на виновного законом под угрозой уголовного преследо-
вания» 1.

Длящимися преступлениями являются незаконное хра-
нение огнестрельного оружия, злостное уклонение от
уплаты алиментов, уклонение от призыва на военную
службу, незаконное лишение свободы и другие. Как спра-
ведливо подчеркивает Н. Д. Дурманов, «длящееся пре-
ступление, сколько бы времени оно ни осуществлялось,
следует рассматривать как одно преступление, а вновь
совершенные действия или акты бездействия — как
звенья одного и того же действия или бездействия по со-
вершению длящегося преступления».2 Поэтому, если ли-
цо, незаконно хранившее и носившее, например, винтовку,
затем вносит в ее конструкцию изменения, переделывая
ее в обрез, то новые действия виновного по совершен-
ствованию огнестрельного оружия не образуют нового
преступления, а являются звеном незаконного хране-
ния и ношения огнестрельного оружия.

^ Продолжаемые преступления

Разновидностью сложного является продолжаемое
преступление. Под продолжаемыми преступлениями в су-
дебной практике понимают «преступления, складываю-
щиеся из ряда тождественных преступных действий,
направленных к общей цели и составляющих в своей со-
вокупности единое преступление»3. Отличительной осо-

1 «Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР.
1924—1970». М., 1970, стр. 332. Аналогичным образом понятие дляще-
гося преступления раскрывается в работах: В. Н. Кудрявцев.
Теоретические основы квалификации преступлений. М., 1963,
стр. 307—308; А. А. П и о н т к о в с к и й. Учение о преступлении. М.,
1961, стр. 638—640; М. И Блум. Применение советского уголовного
закона к продолжаемым и длящимся преступлениям.— «Вопросы
уголовного права и процесса». Рига, 1969, стр. 80—97.

2 «Советское уголовное право». Часть общая. М., 1962,
стр. 125—126.

3 «Сборник постановлении Пленума Верховного Суда СССР.
1924—1970» М., 1970, стр. 332.

115

бенностью продолжаемого преступления является то, что
оно совершается не непрерывно, а отдельными разроз-
ненными во времени действиями, которые не носят ха-
рактера самостоятельного преступления, я представляют
из себя этапы, звенья продолжения одного и того же
преступною деяния. Отдельные акты продолжаемого
преступления, коль скоро они не носят характера само-
стоятельного преступления, не получают самостоятель-
ной квалификации, а в своей совокупности рассматрива-
ются как одно преступление.

Ситало осужден за то, что он, получая пенсию по ин-
валидности в размере 45 рублей в месяц, оформил обман-
ным путем в горсобесе второю пенсию за выслугу лет в
размере 65 рублей и незаконно получал ее в течение
7 месяцев, присвоив 463 рубля. Народным и областным
судом его действия квалифицированы по признаку по-
вторности по ч. 2 ст. 93 У К РСФСР. Рассматривая это
дело, Президиум областного суда указал, что преступные
действия осужденного, выразившиеся в оформлении пен-
сии путем обмана работников горсобеса, представляют
собой разовый акт, а последующее получение и присво-
ение в течение семи месяцев неправильно назначенной
пенсии является единым продолжаемым, а не повторным
преступлением 2.

Продолжаемое преступление, коль скоро оно склады-
вается из ряда тождественных действий, легко отличает-
ся от совокупности преступлений. Наибольшую труд-
ность представляют случаи отграничения продолжаемых
преступлений от преступлений, совершаемых неоднократ-
но, систематически и в виде промысла. Неоднократность
и систематичность характеризуются тем, что они тоже
стараются из ряда тождественных преступных действий,
каждое из которых носит, однако, характер самостоя-
тельного преступления. Сложность отграничения неод-
нократности, систематичности и промысла от продол-
жаемого преступления обусловливается также и тем, что
по внешним признакам они между собой совпадают. Но
при продолжаемом преступлении между отдельными ак-
тами преступных действий имеется тесная внутренняя
связь, выражающаяся в том, что каждый очередной акт
преступного поведения выступает в качестве этапа, про-

1 См.: «Бюллетень Верховного Суда РСФСР», 1970, № 1, стр. 14.
116

должения начатого единого преступного деяния, осущест-
вляемого по объективным либо субъективным причинам
поэтапно (разновременно) различными, как правило,
тождественными действиями.

Мы разделяем мнение Н. Д. Дурманова о том, что
«существование длящихся и продолжаемых преступле-
ний является не юридической фикцией, а юридическим
выражением особенностей действия (или бездействия),
единого по своей природе, но слагающегося из отдельных
составных частей — звеньев» '. Продолжаемое преступ-
ление юридически единое преступление. В литературе
высказывается мнение, что продолжаемое преступление
по своему существу ничем не отличается от преступлений
повторных 2, что коль скоро продолжаемое преступление
слагается из отдельных деяний, содержащих все призна-
ки того же состава преступления, то оно может и дол-
жно на этом основании рассматриваться одновременно и
как систематическое, неоднократное, повторное, а иногда
совершаемое в виде промысла 3. Однако с таким мнением
трудно согласиться. Повторность, неоднократность, си-
стематичность, совершение преступлений в виде промы-
сла представляют собой различные разновидности мно-
жественности преступлений, в то время как продолжа-
емое преступление является понятием, отражающим
своеобразный характер единого преступления. Поэтому
одно преступление одновременно не может рассматри-
ваться и как их множество.

Особенно актуальна проблема продолжаемого пре-
ступления по делам о хищениях государственного и об-
щественного имущества, в частности, в связи с квалифи-
кацией повторных хищений.

Пленум Верховного Суда СССР в своем постановле-
нии от 11 июля 1972 г. «О судебной практике по делам
о хищениях государственного и общественного имущест-
ва» рекомендовал судам неоднократные хищения при-
знавать повторными за исключением случаев, когда со-

1 II. Д. Дурманов Понятие преступления. М.-Л., 1948,
стр. 64

2 См: А М Яковлев. Совокупность преступлений по совет-
скому уголовному праву. М. , 1960, стр. 32.

3 См.: Г. А. Кригер. Квалификация хищений социалистиче-
ского имущества. М., 1971, стр. 215—217.

117

вершенные деяния могут рассматриваться как продол-
жаемое преступление '.

Пленум разъяснил, что «продолжаемым хищением
следует считать неоднократное незаконное безвозмезд-
ное изъятие государственного или общественного иму-
щества, складывающееся из ряда тождественных пре-
ступных действий, имеющих общую цель незаконного
завладения государственным или общественным имуще-
ством, которые охватываются единым умыслом винов-
ного и составляют в своей совокупности одно преступ-
ление» -.

А. И. Санталов полагает, что судебная практика раз-
личает три разновидности продолжаемых хищений:
1) продолжаемые хищения в смысле постановления
Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г.
«Об условиях применения давности и амнистии к для-
щимся и продолжаемым преступлениям»; 2) продолжа-
емые хищения в смысле п. 11 постановления Пленума от
11 июля 1972 г.; 3) продолжаемые хищения в смысле
ч. 3 п. 15 постановления Пленума от 11 июля 1972 г. (хи-
щение в особо крупном размере) 3. Это мнение нам пред-
ст^вляется сомнительным. В постановлении Пленума
Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. не сформу-
лировано нового понятия продолжаемого преступления,
а лишь конкретизировано общее определение понятия
продолжаемого преступления, данное в постановлении
Пленума от 4 марта 1929 г., применительно к хищениям
государственного и общественного имущества.

Понимание продолжаемого преступления не может
быть различным применительно к хищениям социали-
стического имущества, с одной стороны, и относительно
иных преступлений — с другой стороны. Из этого прин-
ципа исходит и судебная практика.

Черная изготовила за несколько приемов 20 литров
самогона по случаю ожидаемой демобилизации сына из
Советской Армии. Суд правильно квалифицировал ее
действия как изготовление самогона впервые (ст. 149

1 «Бюллетень Верховного Суда СССР», 1972, № 4, стр. 11.

2 Там же.

3 См.: «Курс советского уголовного права». Часть особенная,
т. 3. Изд-во ЛГУ, 1973, стр. 382—383.

118

ч. 1 УК УССР), т. е. как продолжаемое преступле-
ние '.

В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от
31 июля 1962 г. «О судебной практике по делам о взя-
точничестве» (в редакции постанов пения Пленума от
30 июня 1970 г.) отмечается, что «действия взяткополу-
чателя, посредника, (взяткодателя, получившего (дав-
шего) в несколько приемов обусловленную сумму взят-
ки от одного и того же взяткодателя за выполнение или
невыполнение получателем взятки действий, обеспечива-
ющих наступление желательного для взяткодателя кон-
кретного результата, не могут рассматриваться как не-
однократное получение (дача) взяток»2. В этом случае
Пленум также имел в виду продолжаемое взяточниче-
ство.

Что касается хищения в особо крупном размере, то
оно вполне может быть совершено в виде продолжаемо-
ю хищения. Однако хищение в особо крупном размере
может быть совершено и в результате нескольких хи-
щений, которые не охватываются понятием продолжае-
мого преступления. Такое хищение в силу указания за-
кона является единым составным преступлением (ст. 93 '
УК РСФСР). Как вытекает из ст. 93 ' УК РСФСР, хи-
щение государственного или общественного имущества
в особо крупном размере независимо от способа хище-
ния должно рассматриваться как одно сложное преступ-
ление, представляющее повышенную общественную опас-
ность.

В соответствии с разъяснением Пленума Верховного
Суда СССР от И июля 1972 г. «О судебной практике по
делам о хищениях государственного и общественного
имущества» совершение нескольких хищений любым спо-
собом, образующих в общей сложности хищение в особо
крупном размере, следует квалифицировать по закону
той союзной республики, где совершено последнее хи-
щение 3.

1 См.: «Судебная практика по делам об изготовлении, сбыте,
хранении крепких спиртных напитков домашней выработки». -
«Бюллетень Верховного Суда СССР», 1973, № 4, стр. 47.

2 «Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР.
1924—1970». М., 1970, стр. 471—472.

3 См.: «Бюллетень Верховного Суда СССР», 1972, № 4, стр. 12.

119

В судебной практике имели место ошибки при квали-
фикации хищений, которые совершались на территории
нескольких союзных республик, в общей сложности со-
ставляющих хищение в особо крупном размере. Такие
случаи хищений квалифицировались по совокупности
статей УК союзных республик, чем игнорировался обще-
союзный закон об ответственности за хищение в особо
крупном размере.

Сигунов, Ломакин и Леонов осуждены за то, что они
по сговору между собой в июле-сентябре 1968 г. неодно-
кратно совершали кражи государственного, обществен-
ного и личного имущества на территории Украинской
ССР, Молдавской ССР и РСФСР. Кроме того, они осуж-
дены и за другие преступления.

Как установлено приговором, с участием Сигунова
на территории РСФСР было совершено 18 краж государ-
ственного и общественного имущества на 9175 руб.
90 коп., в УССР — 9 краж на 7984 руб., в МССР — 2
кражи на 984 руб. 92 коп.

С участием Ломакина на территории РСФСР совер-
шено 7 краж на 2482 руб. 81 коп., в УССР — 0 краж на
7984 руб. 19 коп. и в МССР — 2 кражи на 984 руб.
92 коп. С участием Леонова на территории РСФСР со-
ьершено 17 краж на 7994 руб. 46 коп., в УССР — 3 кра-
жи на 2877 руб. 28 коп.

Органы следствия действия Сигунова, Ломакина и Ле-
онова в части хищений квалифицировали с учетом раз-
мера похищенного на территории соответствующей рес-
публики по статьям УК МССР и УССР и по ст. 93 ' УК
РСФСР, поскольку сумма похищенного с участием каж-
дого из них в итоге характерна для хищения в особо
крупном размере. Областной суд не согласился с такой
квалификацией, полагая, что УК РСФСР не распростра-
няется на территорию других союзных республик и кра-
жи на территории каждой союзной республики образу-
ют самостоятельный состав преступления Суд квалифи-
цировал действия Сигунова по ч. 3 ст. 89 УК РСФСР, ч. 3
ст. 81 УК Украинской ССР, ч. 2 ст. 119 УК Молдавской
ССР; Ломакина — по ч. 2 ст. 80 УК РСФСР, ч. 3 ст. 81
УК Украинской ССР, ч. 2 ст. 119 УК Молдавской ССР;
Леонова — по ч. 3 ст. 89 УК РСФСР и ч. 3 ст. 81 УК Ук-
раинской ССР.

120

Отменяя приговор областного суда, Президиум Вер-
ховного Суда РСФСР подчеркнул, что в случае похище-
ния государственного или общественного имущества не
в один прием, а неоднократно, хищение в особо круп-
ном размере представляет собой сложное преступление,
слагающееся из ряда отдельных хищений. Поэтому пре-
ступная деятельность виновных, независимо от того, что
хищения совершались на территории нескольких союз-
ных республик, должна рассматриваться как одно завер-
шенное сложное преступление — хищение в особо круп-
ном размере 1.

^ Преступления, квалифицированные наличием тяжких
последствий

Разновидностью сложного является преступление,
квалифицированное наличием тяжких последствий. Осо-
бенностью такого преступления является то, что по прямо-
му указанию закона определенное последствие, являю-
щееся в других случаях самостоятельным преступлением,
признается квалифицирующим признаком этого преступ-
ления. К преступлениям, квалифицированным наличием
тяжких последствий, относится умышленное тяжкое те-
лесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего
(ст. 108 ч. 2 УК РСФСР), незаконное производство абор-
та, повлекшее смерть потерпевшей (ст. 116. ч. 3 УК
РСФСР). Несмотря на то, что в соответствующих слу-
чаях одновременно усматриваются признаки умышлен-
ного тяжкого телесного повреждения и неосторожного
лишения жизни, умышленного незаконного производства
аборта и неосторожного лишения жизни, содеянное
представляет собой одно преступление.

Кизима осужден за то, что он, будучи в нетрезвом
состоянии, пристал к Назарову, нанес два удара кула-
ком по шее и голове, причинив травму головы с перело-
мом лобной кости и кровоизлиянием в мозг, от которой
потерпевший скончался. В этой части действия Кизимы
были квалифицированы по п. «б» ст. 102 УК РСФСР как
умышленное убийство из хулиганских побуждений.

1 См.: «Бюллетень Верховного Суда РСФСР», 1972, № 4,
стр. 8-9.

121

Находя квалификацию действий осужденного непра-
вильной, Президиум Верховного Суда РСФСР указал,
то, ударяя Назарова по голове, осужденный не предви-
дел наступления от этого удара смерти, характер его дей-
ствий и способ совершения преступления свидетельст-
вуют о том, что его умысел был направлен на причине-
ние потерпевшему тяжких телесных повреждений, поэ-
тому он должен нести ответственность по ч. 2 ст. 108 У К
РСФСР '. Обстоятельства совершения преступления Ки-
зимой свидетельствуют о том, что он действовал умышлен-
но в отношении причинения потерпевшему тяжких те-
лесных повреждений и неосторожно — в отношении при-
чинения смерти.

Таким образом, для сложных преступлений, квалифи-
цированных наличием тяжких последствий, характерно
наличие двойной (смешанной) формы вины: умышлен-
ной вины в отношении основного преступного последст-
вия и неосторожной — в отношении дополнительного
тяжкого последствия. Если же в отношении обоих по-
следствий имеется одна и та же вина, то не может быть
речи о преступлении, квалифицированном наличием
тяжких последствий,

Мануков, во время новогоднего вечера в клубе нанес
удар кулаком в лицо Бисеркову, от которого последний
упал, ударился головой об пол и от полученных при па-
дении тяжких телесных повреждение скончался. Дей-
ствия Манукова суд квалифицировал по ч. 2 ст. 108 УК
РСФСР, как умышленное тяжкое телесное повреждение,
повлекшее смерть потерпевшего.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного
Суда РСФСР переквалифицировала действия осужден-
ного на ст. 106 УК РСФСР, указав при этом, что, нанося
удар рукой по лицу потерпевшего, осужденный не пред-
видел наступления тяжких телесных повреждений, одна-
ко по обстоятельствам дела он должен был предвидеть,
что в результате его действий могут наступить тяжкие
последствия 2.

Таким образом, установив неосторожную вину в от-
ношении нанесения тяжкого телесного повреждения и

1 См.: «Бюллетень Верховного Суда РСФСР», 1971, № 7, стр.
9—10.

2 Там же, 1973, № 4, стр. 6.

122

причинения смерти потерпевшему, коллегия правильно
отвергла наличие в действиях осужденного сложного пре-
ступления, квалифицированного наличием тяжких пос-
ледствий.

Правильное понимание природы преступлений, квали-
фицированных наличием тяжких последствий, имеет
большое значение для отграничения умышленного и не-
осторожного убийства от преступлений, предусмотренных
в ч. 2 ст. 108, ч. 3 ст. 116 УК РСФСР, от совокупности
преступлений.

^ Преступления, в основе которых лежат повторные
действия

К сложным следует отнести преступления, в основе
которых лежат повторные действия (ч. 3 ст. 154, 152, ч.1,
169, 190 1 УК РСФСР). Особенностью преступлений, в
основе которых лежат повторные действия, является то,
что каждое из действий, из которых складывается пре-
ступление, будучи взято изолированно, не может рассмат-
риваться в качестве преступления, а по своей правовой
природе является административным, дисциплинарным
правонарушением или антиобщественным поступком.
Например, мелкая спекуляция может рассматриваться
как преступление, если она совершена повторно. Впервые
совершенная мелкая спекуляция является администра-
тивным правонарушением.

В ряде случаев уголовная ответственность установ-
лена за повторность действий после наложения админи-
стративного взыскания за ранее совершенное аналогич-
ное правонарушение. Например, мелкое хулиганство ка-
рается по ч. 1 ст. 206 УК РСФСР, если оно совершено
лицом, к которому в течение года была применена мера
административного воздействия за мелкое хулиганство1.

Во всех таких случаях независимо от числа повторе-
ний соответствующих действий имеет место одно слож-
ное преступление.

В заключение представляется необходимым остано-
виться на вопросе о так называемом собирательном прес-

1 Более подробно по этому вопросу см. нашу работу «Повтор-
ность проступка и уголовная ответственность». Изд-во Казанского
ун-та, 1968; «Советское уголовное право». Часть общая. Свердловск,
стр. 201—213

123

туплешш. «Преступления собирательные, — пишет
А. А. Пионтковский, — это преступления, слагающиеся
из двух или нескольких тождественных преступных дея-
ний, совокупность которых уголовным законом призна-
ется единым преступлением, обладающим повышенной
общественной опасностью» '. К собирательным преступ-
лениям автор относит преступные деяния, совершаемые
повторно, неоднократно, систематически и в виде про-
мысла. Выходит, что две кражи, получение трех взяток
и т. п. следует расценивать как одно собирательное прес-
тупление. Однако в подобных случаях не может быть
речи об одном сложном преступлении. В каждом из этих
случаев имеется множественность преступлений, охваты-
ваемых, однако, одной уголовноправовой нормой. Поэто-
му концепция собирательного преступления не может
быть приемлемой.

В уголовноправовой литературе концепция собира-
тельных преступлений не получила широкого признания,
однако понятие собирательного преступления использу-
ется в уголовно-процессуальной литературе2.

Концепция собирательного преступления не является
новой в теории уголовного права. Она в свое время разви-
валась буржуазными юристами под названием «коллек-
тивных деликтов»3.

§ 4. Поглощение преступлений, его основания и пределы

Рассматривая вопрос о единых преступлениях, мы
показали, что некоторые преступления (особенно состав-
ные) включают в себя такие противоправные действия,
которые при оценке их изолированно могли бы квали-
фицироваться как самостоятельное преступление. Соот-
ветствующие противоправные действия находятся в та-
ком отношении к сложному преступлению, что теряют
значение самостоятельного преступного деяния, поглоща-
ются этим преступлением.

1 А. А. Пионтковский. Учение о преступлении. М., 1961,
стр. 640.

2 См.: Ф. Н. Фа ткуллин. Обвинение и изменение его в суде.
Казань,1963, стр. 36; его же. Изменение обвинения. М., 1971,
стр. 17.

3 См.: Франц фон-Лист. Учебник уголовного права. Общая

2759686685014879.html
2759740799441812.html
2759804699719236.html
2759846005387463.html
2759903400869727.html